bakri: (Default)
Кобозева пишет, что цель семиотики - создание общей теории знаков во всех их формах и проявлениях.
Единственный человек на свете, которому нужна общая теория знаков во всех их формах и проявлениях - это Антон. Она нужна ему, чтобы я не расстраивалась, что занимаюсь фигней.
bakri: (Default)
- Вы что, поссорились со временем?
- Мы с ним — нет. Оно с нами да.


Каждое утро в понедельник случается утро понедельника. Не очень страшно, на самом деле, хотя стонать по этому поводу легко и привычно.
Для меня важнее время суток, и утро страшнее любого дня недели и всех их, вместе взятых.
Днем или вечером вторника у меня такое чувство, будто давно уже пятница. Вечером во вторник очень сложно представить себе, что завтра на работу. Мне, впрочем, до сих пор очень сложно понять, что на работу можно пойти просто так, не решив задачку, не переведя текст, не прочитав книжку, и каждый вечер я чувствую огромное облегчение.
В среду снова случается понедельник. И дальше все зависит от этой самой среды. Вторая пятница начинается иногда уже к вечеру, а иногда — только к вечеру четверга. В любом случае, когда наконец наступает настоящая пятница, это очень удивительно. Потому что неделя, по сути, только началась, буквально сегодня.
Все убыстряется и убыстряется, идет уже в три раза быстрее, в одну неделю помещается три. А ведь зима скоро, и как же тогда.
bakri: (Default)
Бывают такие хорошие люди, больше всего похожие на щенков ньюфаундленда. Разговаривать с ними — все равно что медленно погружаться на дно озера, сначала исчезает звук, потом воздух, потом свет и — всё. Они говорят нам — представляешь, это же ужасно, как это можно ходить каждый день на работу, с утра каждый день. Они никогда не ходили на работу с утра, каждый день, кто же может знать лучше них, как именно это есть. Потом они говорит нам — а я вот не читаю журналов в интернете, на фига мне. Ну и не пишу само собой. И всё говорят, говорят, и всё так хорошо и правильно, а потом они уходят в двенадцать, не потому что метро, а потому что надо лечь спать пораньше. Они не курят и никогда не курили, они думают только булевых функциях, их жизнь проста и приятна. И ежедневный моцион с ковшиком вдоль коридора. И Марат в своей ванне.
Университетские профессора вырастают из щенков ньюфаундленда. Откуда им было взять понимание, когда их учили такие же постаревшие щенята? Чему они могли научить, кроме булевых функций? А читать — не было времени, они должны были получать свои пятерки. Когда-то мы проводили часы в книжном магазине, мы читали и разговаривали, бесконечно, но — зачастую мы делали это во время лекций, и университетские профессора из нас не вырастут. Мы были раздолбаи, а теперь мучительно взрослеем, они были старше нас, а теперь остались далеко в детстве, и в том еще возрасте, когда мышление эгоцентрично. Им неведомы сомнения и страхи, наша жизнь пройдет, а они будут ходить по коридору, не ведая сомнений и страхов, это потому, что булевы функции несомненны и бесстрашны, а кроме того еще и вечны. И Марат в своей ванне.
Надо думать, они были правы с самого начала.-
bakri: (Default)
Думаю, насколько корректно неожиданно являться носителям редких смайликов и придирчиво расспрашивать, что они имели в виду. Человек нальет себе чайку, расслабится, разомлеет перед клавиатурой, задумается, да поставит смайлик в простоте душевной, а тут сразу я, навязчивый глас из монитора с карандашом и блокнотиком. Пряталась, выслеживала, высматривала. Подглядывала.
Еще думаю, насколько корректно взять чью-нибудь реплику с прекрасным смайликом и процитировать в статье, да еще препарировать и исписать абзац объяснениями, и к тому же неправильно.
О где же, где же вы, корреляционно-иммунные функции.
bakri: (Default)
в школе я совершенно утратила, хотя не то, чтобы прошло очень много времени. Я хорошо помню одноклассников, Сашу Фокина, перемены, буфет, учителей и прочие атрибуты этого прекрасного времени, но основная часть программы обучения выветрилась начисто.
Так, например, из школьного курса биологии я помню один факт: дождевой червяк делится на 180 - 200 колечек. Больше ничего, а все, что хранится в моем небольшом мозгу по поводу биологии, попало туда не на занятиях, посвященных этому предмету.
По физике я помню крокодила. Надо было нарисовать крокодила, который плывет против течения, и изобразить стрелками действующие на него силы. Архимедова сила, сила притяжения, течение и собственно сила крокодилова движения. Причем надо было так исхитриться, чтобы крокодил не взлетал, не тонул и не плыл хвостом вперед. Я перерисовывала три раза и хорошо все запомнила.
По химии достижения еще скромнее: я знаю, что химические связи бывают ионные и ковалентные. Когда-то я знала, что такое валентность, но теперь омонимичное лингвистическое понятие начисто вытеснило химическое.
Еще у нас была астрономия, и я помню, что она была нулевым уроком. Я заснула и упала в проход со своей первой парты (я вообще все время сидела за первой партой, потому что иначе ничего не видела).
При этом училась я хорошо.
bakri: (Default)
Хорошо завести в качестве объекта исследования чего-нибудь солидное. Корреляционно-имунные функции какие, сингармонизм, вибро-ударные системы, токсикоз беременных коз. Серьезные вещи, отпугивающие большую часть непосвященных одним написанием. Никто даже не пытается сомневаться, что это - крайне умно, серьезно и ценно. Этим и обусловлена акутальность данной работы.
А пытаясь написать нечто научное (хоть и псевдо) про письменную коммуникацию (хм), употребление знаков препинания (хи-хи) и смайлики (бгугага), все время помнишь про толпу веселых коммуникантов, каждый из которых тычет свои невербальные элементы компьютерно-опосредованной коммуникации куда ни попадя и явно все про них знает. И ощущаешь собственную неполноценность и неожиданную тягу к корреляционно-имунным функциям (от всей души надеюсь, что пишу их правильно, но проверять не буду, нет).


Надо было проверить, надо было.
Теперь плохо исправлять, я, лингвист, копирайтер и редактор, преподавала русскую языку детям, год работала практически ветеринаром и писала каждый день "иммуномодулятор на основе лактоферрина" или "иммуноферментный анализ", и не фига не стесняюсь своей безграмотности.
bakri: (Default)
Непонятно совершенно, почему аспиранту нужно сдавать философию. Понятно, что что-то ему сдавать надо, но почему философию? Почему не историю, не географию, не этику семейной жизни? Потенциальный кандидат наук обязан быть философом?
Совершенно напрасная трата времени, по-моему, совершенно бессмысленная дисциплина. Надо знать мысли непонятных, по большей части, неприятных людей, и не всегда умные мысли. Факты их биографии могли бы быть интересны, окружающий их мир тоже, но это все не нужно, нужны только их мысли - об истории, времени, человеке, смерти.
Суть философии - в том, чтобы забить себе голову большим количеством чужих представлений о разных понятиях.
bakri: (Default)
При сдаче экзамена по какому-нибудь языку двум филологическим тёткам мокричного типа бесполезно переводить сложные гуманитарные статьи про метафоры, до краев заполненные сложно-подчиненными предложениями, неясными конструкциями и неявными терминами. Надо переводить четкие и ясные, хотя и не менее гуманитарные, тексты, перегруженные серверами, клиентами, протоколами TCP/IP и электронными коммуникациями.
Тётки приходят от этого в восторг, и придираются не к каждому слову, а только через одно. Да.
bakri: (Default)
Если кто-нибудь случайно знает, какие проблемы у синтаксической типологии, напишите мне про них, пожалуйста.
Тогда моя благодарность не будет иметь разумных пределов, и всем немедленно будет счастье. Возможно, даже потеплеет, хотя не обещаю.
Так же приветствуются сведения о таких замечательных вещах, как типология подлежащего, грамматических отношений, словоклассифицирующие категории имени и глагола, связанный элементарный знак.
bakri: (Default)
ябедничают на Шопенгауэра - он писал, что секс "в трезвом уме вспоминаешь с отвращением, а в более приподнятом настроении — даже с омерзением".
Расскажу экзаменаторам, пожалуй.
bakri: (Default)
Собственно да, теперь мне есть, что подложить под ножку стола, если он зашатается. Пробарабанили девушки-барабанщицы в белых сапогах и со странными лицами (может, они не совсем барабанщицы?), запустили шарик, выпустили голубей, символизирующих выпускников ("мы подсолнухи и Витя нас лузгает"), дали залп по голубям хлопушками, потом посыпалось конфетти, похожее на голубиные перышки, пафосно прокричали "университет научил вас лллетаать!", и таки наш вкусный ректор пожал всем руки.
Не знаю, может, нормальные люди как-то по-другому отмечают окончание учебного заведения, может, они надевают платья на кринолинах, и снимают банкетный зал (ресторан, клюб), и танцуют там в своих платьях, как это делают выпускники школ (абитуриенты вообще гораздо умнее студентов, и галстуки у них ярче, и каблуки выше, и выпускной вечер у них осмысленный, и глаза тоже, и лица менее опухшие, и задачки они с модулями решают и с логарифмами, я бы может с модулями и решила, |х|=0, например, а с логарифмом уже вряд ли), так вот, может, есть какие-то правильные люди, которые все правильно делают, но не то мы. Мы пили пиво на лавочке, рядом с заведением, потом на другой лавочке, рядом с ЦДХ, и было, надо сказать, очень хорошо, и мюзыкальный фестиваль очень кстати подгадался, потанцевали.
Он, кстати, был менее похож на порождение виртуальности и шабаш призраков сети, чем следовало бы ожидать, потому что присутствовало безумное количество тех людей, которые никак не могут быть призраками, поскольку известны мне еще с довиртуальных времен, да.
Тут, конечно, надо выразить, что положено, организаторам этого самого фестиваля, а положено им благозвучное слово 'респект', или что-то в этом духе, перечислить поименно, то есть по юзер-именно, всех, кого я там видела краешком глаза, для чего еще вчера надо было всех сосчитать и записать на особую бумажку. Да.
bakri: (Default)
Я распечатала триста двенадцать страниц своего диплома, да, в трех экземплярах, типа. В одном экземпляре - 151604 символов, 21396 слов, 3459 строк, 1522 абзаца, 104 страницы. И еще три страницы с цветными картинками, их я напечатала утром, так что всего не триста двенадцать страниц, а триста двадцать одна страница, а сколько символов вокруг тех картинок, это и подумать страшно, да.
Надо было с самого начала головой думать, идти цветами торговать, хорошая ведь профессия. Или дворником - там вообще каморку дают специальную, метлы опять-таки же бесплатные, да, дворником надо было, да, оранжевые комбинезоны, листья, небо в полосочку, рассвет, закат, спокойная жизнь, скрежет такой еще зимой по утрам, когда лед от асфальта.
bakri: (Default)
[1]
Мне научный руководитель говорит: вам, говорит, нужна статья Левина. Называется - "Типология коммуникативных провалов". Вам без нее никуда. Хана вам без нее. Вроде ее в журнале публиковали, "Вопросы информационной теории и практики". А может и нет.
Я, натурально, обшариваю иностранку, ленинку, ничего нету. Просматриваю все журналы "вопросы информационной теории и практики" (а может и нет) - ничего нету. Библиографический указатель по Ю. И. Левину - опять нету.
Прихожу к руководителю, говорю - нету.
А он отвечает: надо, отвечает, Левину позвонить. Что ж вы до сих пор не позвонили? Телефон, может на кафедре есть. Нет? Ну, может, на другой есть.
Но там, естественно, нету.
Утром случайно рассказываю маме про неуловимую статью, и мама вспоминает, что у моей тети когда-то был какой-то знакомый по фамилии Левин. И как раз лингвист.
Звоню тете. Тетя спрашивает:
- Ю. И.?
- Ю. И.
И тетя дает мне телефон Юрия Иосифовича Левина.
Я звоню. Объясняю. Я студентка, пишу диплом, научный руководитель сказал, а я не нашла, есть ли у вас такая статья? А?
Левин говорит, что такой нету. Есть другая. А, вы читали? Не подходит? Нет, про коммуникативные неудачи нету.
Звоню научному руководителю.
- Ах... - говорит этот достойный человек, - ну, может, не у Левина... Может, у Земской или у Розановой...
bakri: (Default)
А вот у многих научных, типа, руководителей (не будем показывать пальцем) есть такая манера - посылать студента. Студент приходит, говорит, вот, диплом, хочу писать, вот, тема... А руководитель ему:
- Хорошая тема, как же, как же. По этой вашей теме пять лет назад в "Библио-Глобусе" продавалась книжка. Не помню, кто автор, зелененькая такая... Что? Нет, как называется тоже не помню... Так вот, вам без этой книжки - никуда. Ищите.
Студент перерывает все книжные магазины, просматривает все зеленые книжки, случайно узнает, как она называется, находит, читает. Три страницы как-то полезны, остальное по другой теме.
Студент приходит к руководителю, тот удивляется:
- Странно, я точно помню... Вы, наверное, не там смотрели. Ну да ладно, неважно, вот вам абсолютно необходима другая книжка, я сейчас найду ее выходные данные...
Случается чудо, он действительно находит выходные данные.
Студент ищет книгу во всех магазинах и библиотеках, выясняет, что она была издана в 1868 году в трех экземплярах, один из них утрачен, второй находится в Южной Америке у известного коллекционера, судьба третьего неизвестна. В отчаянии он приходит к руководителю.
- А я не удивлен, - говорит этот достойный человек, - вы крайне мало работаете. Съездите-ка в диссертационный зал в Химки. Посмотрите каталоги, что у них есть, туда студентов не пускают, но вы возьмите направление в деканате, там попросите, может, вас пустят.
В Химках, естественно, ничего не оказывается, руководитель проникается уверенностью, что ему попался неправильный дипломник и отказывается руководить. Студент вешается на сосне или идет пить пиво.
bakri: (Default)
У одной моей знакомой была в школе учительница английского, которая учила их говорить слово 'Czechoslovakia' два месяца. И потом неоднократно к этому возвращалась.
"Вторые два слога растя-а-гиваем и произносим с понижающейся интонацией - [chekoou], [sloou], а теперь резко бросаем челюсть - [vaeki] !"
Это [vaeki] получалось крайне редко. Его надо было произносить особенно интенсивно и отрывисто. В довершение всего, сама 'Czechoslovakia' имела как минимум три ударения.
В результате большая часть класса кое-как научилась произносить, хотя абсолютной правильности, конечно, не достиг никто.
Других успехов в английском языке не оказалось.

У другой моей знакомой, уже на курсах, тоже была учительница английского. Молодая, симпатичная и жутко милая, почти как актриса Гвинет Пэлтроу. К тому же, она замечательно говорила по-английски и, видимо, ловила от этого неземной кайф. Поэтому тарахтела без остановок, вставить слово какому-нибудь студентику было практически невозможно.
Когда кто-то читал текст она успевала произнести с надлежащей интонацией каждую фразу по два раза - до и после прочтения.

А еще у кого-то была носительница языка, немыслимо страдающая, когда какой-то неуч коверкал великолепные английские слова. Он сразу же становился ее личным врагом и как минимум месяц к ниму обращались только для того, чтобы сравнять с землей.

Время

Mar. 21st, 2003 04:21 pm
bakri: (Default)
Вот где все время берут, вообще не понимаю. Читай море )
bakri: (Default)
Всё, чему в школе меня научили по биологии, сводится к дождевым червякам. Они делятся на 180-200 колечек, и у них шесть сердец, так что они могут спокойно рваться на части. Еще бывает, червяки выползают греться на асфальт.
Всё, собственно, про червяков я тоже знаю не очень много.
bakri: (Default)
снились мне ночью. Это были ответы на билеты, в основном по типологии и синтаксису. Они снились мне целыми текстами, самостоятельными и нахальными. Их надо было читать и рассказывать, а потом они начинали давать советы.
Помню, синтаксическая омонимия оказалась вполне милой, что меня удивило.
Дальше были каузативные конструкции, сомневались. Говорили, в принципе - ничего.
А релятивные конструкции велели их еще читать. В ослах, говорят, путаешься. "*Который осёл убежал, того мы любили" - это один осёл, а "*Убежал осёл такой, что мы его любили" - совсем другой. Проснулась - смотрю, действительно, разные.

Profile

bakri: (Default)
bakri

December 2011

S M T W T F S
    123
4567 8910
111213 1415 1617
18 192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 01:47 am
Powered by Dreamwidth Studios