Спать

Dec. 19th, 2011 12:39 am
bakri: (Default)
Леша сейчас сидит дома уже почти две недели, весь в зеленую крапинку. Была ветрянка. Чувствует он себя хорошо, только одурел малость, хотя время проводит неплохо. По вечерам сложнее засыпает.
Положила тут его спать. Лежит, лежит, потом позвал – воды что ли ему дать или что-то такое. Спрашивает:
- Почему так быстро темнеет?

Я объясняю: Земля, Солнце, вертится, лето, зима, разные половины земли, ночь, день. Встаю, чтобы уходить. Леша говорит:
- Слушай, слушай, слушай, что я говорю!
Я останавливаюсь. Спрашиваю:
- Что? Говори.

Леша думает, думает, спрашивает:
- А почему по утрам темно?
Я снова объясняю что-то похожее, в другом порядке и в сокращенном варианте: зима, темно, утро, вечер, перевод часов. И снова встаю, чтобы уходить. Леша снова говорит:
- Слушай, слушай, слушай!
Я опять останавливаюсь. Спрашиваю:
- Ну что? Слушаю.

Леша думает, думает, думает, думает, спать ему не хочется, а хочется поболтать. И спрашивает, наконец:
- А почему метро на электричестве работает?
bakri: (Default)
Я перестала любить новый год лет в четырнадцать. Дурацкий праздник, никогда не бывает так, как хочется. А потом начала случаться эта предновогодняя истерия, когда все сверкает и переливается, промокшие деды Морозы раздают рекламу перед входом в метро, и уже в ноябре у каждого ларька стоит елка в луже, привязанная веревочкой, чтоб не убежала. Мы где-то в конце ноября шли с Лешкой из детского сада и считали ёлки. Нам пройти кусок по Нахимовскому - ну метров, скажем, пятьдесят, перейти через этот Нахимовский и еще метров двадцать до подземного перехода. Ну а на другой стороне Профсоюзной сразу вниз, во дворы. На другой стороне Профсоюзной ларьков нет, и ёлок нет. На проезжей части - тоже. Соответственно, на участке пути в семьдесят метров мы насчитали сорок семь ёлок. И легко могли бы больше, если бы чуть-чуть отклонились от оптимальной траектории.
А тут наряжали свою собственную ёлку. И я почти полюбила новый год обратно. Доставала ёлочные игрушки и рассказывала Лешке, откуда они взялись. У нас довольно мало игрушек, но многие из них откуда-то взялись. А некоторые были всегда, и это тоже важно. Лешка уже настолько большой, что слушает и спрашивает.
Новогодняя пастораль, в общем.
Подарю всем ёлочных игрушек.
bakri: (Default)
Если бы отпуск был в декабре, а не в январе, сейчас бы уже все закончилось. А так не закончилось. Шлепаю по лужам через этот декабрь, пальто с капюшоном, небо сначала серое, потом черное, серое, черное, серое, черное. В конце декабря никто (как бы) ничего не выкатывает, и на работе (как бы) поспокойнее, и вот у нас такие планы на эти две недели, поработать наконец спокойно, эгегей, как на черный день, откладываешь, откладываешь, и этот черный день становится уже лучезарнее всей остальной жизни в малометражной квартире и с протекающим холодильником, вот и у нас, в нашей замечательной компании эти две спокойные недели уже превращаются во что-то невообразимое.

У меня мог бы быть кризис тридцати лет – у всех же бывает обычно кризис тридцати лет – но было столько работы, что как-то не сложилось с кризисом, хотя тридцать лет было, помню. Потом была осень, у меня могла бы быть хандра, у меня вообще круглый год что-нибудь интересное, зимой – зимняя депрессия, весной – весеннее обострение, летом я просто дурею от электричек, тяжелая, в общем, жизнь, но этой осенью был отпуск, а потом обратно столько работы, что снова не сложилось. И вот сейчас, в этом странном декабре под дождем и в луже, мне наконец стало как-то не так.
bakri: (Default)
Леша очень любит кабачковую икру. Когда видит банку кричит:
- Кабачковая нора! Кабачковая гора! Кабачковая пора! Кабачковая игра!
А того, кто ест икру, он называет "икрок".
bakri: (Default)
Поисковики совершенно не помогут узнать, сколько людей написало цифру 632305222316434. Количество найденных документов показывается приблизительно. А количество именно людей не показывается никак.
bakri: (Default)
- С молоком буду! Нет, с тефтелями.
Это он решает, с чем есть гречку на ужин.
- С тефтелями!
- Хорошо, с тефтелями.
- Неееет, я же просто пошутил. С молоком!
И хохочет.
bakri: (Default)
Кристиан Пино. Нам с Лешей до этой книги – как до Луны. Какие-то сказки оттуда, может, можно читать лет в шесть-семь, хотя я не знаю, зачем. В основном – где-то в девять-десять. Мне так кажется. Я не собиралась поэтому про нее писать ближайшие года четыре, хотя очень люблю. Но вдруг – –

Мне ее подарили как раз лет в девять. Оля подарила, она мне еще дала почитать «Мою Вообразилию». Сказки, Кристиан Пино, 1990 год издания, вот с такой обложкой:

обложка )

Она еще блестящая и глянцевая, эта обложка. И картинки. Картинки мне не нравились. Мне вообще эта книжка сначала не очень нравилась. Ну как. Там половина сказок кончается плохо. Их них половина – очень плохо. Мне как раз папа говорил, что бывают сказки, которые заканчиваются плохо – имея в виду, понятно, другое. Я восприняла сказки Пино как буквальную иллюстрацию этого тезиса – вот, пожалуйста, сказки, которые плохо заканчиваются.

Несколько сказок там заканчиваются хорошо. Они вообще совсем как надо – почти идеальные сказки. «Призрак повешенного рыцаря» больше всего, еще «Клятва Леокадии» и «История деревянной ложки». Поэтому крест на книжке не ставишь, читаешь. Там есть три или четыре сказки, которые я не перечитывала никогда, а остальные все-таки да. И, в общем, я очень хорошо поняла в результате, что бывает, все заканчивается плохо.

Картинки мне не нравились, и я сейчас поняла почему. Картинки надо смотреть не в моем издании. Когда мне ее подарили, я читала довольно много сказок, классических сказок из старых книжек. А эта была новенькая, с такой блестящей обложкой и с автором – то есть не предания глубокой старины. Я знала даже, что Кристиан Пино был министром иностранных дел Франции. Мне казалось, она совсем недавно написана.

На самом деле, конечно, нет. На русском есть старое издание 1959 года. Собственно, я написала этот пост, случайно увидев картинки из этого издания – вот здесь. Я их даже узнала не сразу. В издании 1990 года картинки воспринимаются как недоразумение. Непонятно, зачем они там. Они блеклые и расплывчатые. Вот чисто для сравнения рядом (у меня – фотографии, а не сканы, но другие иллюстрации для своих дивных записей я извлекаю таким же способом, можно посмотреть их и внести в уме соответствующую поправку, если нужно. Цвета переданы верно.):
картинки )
В ярком и четком варианте эти картинки прекрасны. Я перевернула интернеты, чтобы выяснить, кто такая Марианна Клузо, и выяснила в итоге, что она Marianne Clouzot, французская художница. Найти же сказки Кристиана Пино в не русскоязычном издании оказалось довольно сложно. Он до фига всего написал, оказывается, про Хрущева, например, это находится, а сказки – нет. Из этого не стоит, конечно, делать никаких выводов.

В старом издании, кстати, на пять сказок больше.
обложка )
___________________________________
Сказки
Кристиан Пино
Перевод - Е. Бабун, С. Рудник, В. Мартынова, Л. Лежнева, С. Викторова, Н. Подгоричани, О. Полкова, И. Тихомирова, Г. Велле.
Художник – Марианна Клузо
«Интерграф Сервис», 1990
«Издательство иностранной литературы», 1959
bakri: (Default)
Я хотела посмотреть спектакль, называется - "Ципа-Дрипа". Мне нравится название (жили-были три японки), хотя я писала бы Цыпу через "ы", но, судя по описанию и отзывам, он и вообще неплохой. С прошлого года еще, но в прошлом году Леше было только два, это несколько усложняло дело. Теперь ему уже три, так что я купила билеты.
Но сегодня не смогла встать. Такое ощущение, будто кровь докатывается до шеи, плещет там слегка и поворачивает обратно, а голова пустая и звенит. Открываешь глаза - все черное. И это только воскресенье, то есть - без перспективы рабочего дня.

В общем, в театр меня не взяли. Ушли вдвоем, ужасно важные, Леша - в новых валенках. На два размера больше чем нужно. Это так мило и патриархально, надел новые валенки и пошел в театр. Впрочем, это инновационные валенки. С армированной фольгой и массивной рельефной подошвой. Я два раза перечитала текст на ярлычке, потому что мне показалось, что это нано-валенки. Но нет. Просто инновационные.

Сейчас уже две трети спектакля прошло. Зато я приготовила кашу с тыквой. Так люблю это осеннее ощущение - живешь себе живешь обычной жизнью, тут - бац - осень, и ты по уши в яблоках. Обладатели яблонь десять месяцев в году не обращают на них никакого внимания, а оставшееся время пытаются подсунуть яблоки всем окружающим. Не топить же их. А. - или Б. - сварил варенье. Очень вкусно. Там на килограмм яблок килограмм сахара, поэтому после каждой ложечки я долго думаю. А тут огромный кусок тыквы. Я сначала собиралась как-то все-таки избавиться от нее. Незаметно. Не люблю тыкву. Но пока пыталась продрать глаза, подумала - рис, тыква, яблоки и изюм.
bakri: (Default)
Люди в электричке. Арт-проект.
Правила такие: фотографировать можно только тех, кто сидит на лавке напротив. Или, если сидишь с краю, то можно на лавке напротив и через проход.
Если два месяца ездить в электричке, можно насобирать тридцать чуваков. И все они очень мне нравятся.
Расположены они по мере удаления от Москвы, а на каждой станции - от начала лета к концу.

Люди )
bakri: (Default)
Мы были в Мелилье. Мелилья – очень красивый город. Более того, это совершенно потрясающий город. Я затрудняюсь четко сформулировать, что в нем такого потрясающего. Путеводителей по Мелилье, конечно, нет, потому что никто вообще не знает, что такой город есть на свете и не пишет, соответственно, путеводителей. Но на обратной стороне карты Мелильи есть какое-то количество текста, и вот там написано, что это – жемчужина модерна. Что это второй после Барселоны город по количеству зданий в стиле модерн. И он правда очень красивый. И он очень, очень грязный. Я никогда не видела такого грязного города, а я живу в Москве и вообще была во многих местах. Скажем, в Кирове начала двухтысячных. Ну и вообще.

И еще в Мелилье есть сильное ощущение колониальности. Мелилья – европейский город в Африке. И от этого как-то быстро устаешь.

Мы жили на улице, которая часть времени заканчивалась кораблем. Паромом, уходящим в Малагу. Иногда – паромом, уходящим в Альхесирас или в Альмерию. Иногда – просто морем и портом, но в основном, все-таки, кораблем.

И вот в какой-то момент мы подумали – а не уплыть ли нам из Мелильи на пароме. Слегка пораньше. Не в тот день, когда у нас были билеты на самолет, а накануне ночью. А билеты на самолет у нас были, да, и поэтому ощущения героев старого фильма, застрявших где-нибудь на Кубе, у нас не возникло, разве что – в очень смазанной форме, как если смотреть этот же самый фильм.

Утром один человек - А. или Б. - ушел обходить Мелилью по периметру – это занимает где-то четыре с половиной часа, по пути четыре погранперехода в Марокко – а мы с Лешей проснулись, поковыряли в носу и пошли в порт.

Сначала, впрочем, мы пошли в туристический офис, но там нам сказали, что никакой ответственности за расписание паромов не несут. Оно, это расписание, сказали нам наполовину по-испански, все время меняется. Так что вы лучше сходите в порт, вам там правильно скажут. И мы пошли в порт.

Пока мы ковыряли в носу, приблизилась сиеста, час дня, солнце, все спят, никто ничего не делает. Но, впрочем, еще не совсем приблизилась. Под белым солнцем мы дошли до порта. В порту работало еще целых две кассы. Мы постояли в очереди, и я спросила у девушки, говорит ли она по-английски? А в Мелилье никто не говорит по-английски. В смысле – вообще. Ни в аэропорту, ни в гостинице, ни в ресторанах, никто не говорит по-английски, кроме одной-единственной девушке, которая сидела в соседней кассе. На нее нам показала большим пальцем девушка из той кассы, в которой мы стояли, и мы постояли еще, и потом эта волшебная девушка из соседней кассы на вполне сносном английском объяснила нам, когда уходят паромы, и когда они приходят в Малагу, и что кают на сегодняшний паром нет.

А нам же нужна каюта. Потому что мы же с Лешей. Не будет же он спать в кресле, ему и так спать в кресле через два дня, когда мы полетим в Москву. Поэтому мы сказали спасибо и пошли себе, а по пути еще посмотрели на паром, уходящий прямо сейчас в Альхесирас или в Альмерию. Он гудел так, что Леша подпрыгивал, и светило солнце, и мы стояли в порту Мелильи и смотрели на паром, уходящий в Европу.

Потом пришел А. Он подумал, что мы с Лешей не купили билетов, потому что не умеем. А какие-нибудь сложнопокупаемые билеты, может, все-таки и есть. И тоже пошел в порт, узнать, как там билеты. Может, есть.

В порту его жизнь сразу сложилась интереснее, чем наша. Он познакомился с какими-то интересными людьми, и они пообещали ему билетов. Через полчаса и за лишних тридцать евро. Он сходил еще раз через полчаса – до порта минут десять пешком – и ему сказали в пять. Точно, сказали, в пять, у них там хороший друг в кассе.

В пять Б. спросил, как по-испански будет «каюта». Узнал, что camarote, и ушел, вооруженный только этим знанием. Через час мы с Лешей забеспокоились. За неделю в Барселоне мы три или четыре раза видели кражи, а в Мелилье – ни разу. Такой дико безопасный город, все водители тормозят перед пешеходным переходом, стоит только на него наступить. Наверняка это все обманчиво и спекулянты в порту могут дать кому-то по голове под этим палящим солнцем.

К тому моменту, как мы оделись и последний раз посмотрели с балкона, А. уже шел по площади из порта.

Он сказал, что никаких кают, конечно, не было, и что интересные люди, которые хотели тридцать евро очень хотели деньги на билеты и паспорта, чтобы их купить. А когда Б. (почему-то) не дал им ни денег, ни паспортов, они спросили, знает ли он испанский? Что, вот, совсем-совсем не знает? Решив, что совсем-совсем-не знает, они повели его в разные турагентства, и везде А., не доставая паспортов, говорил, не меняя выражения лица:
- Malaga, hoy, tres camarotes.
И везде получал ответ:
- No camarotes.

Интересные люди очень расстроились от такой упертости Б. и такого его знания испанского. И просили в результате хотя бы пять евро на кофе. Тут уж А. возмутился и сказал, что если кто кому и должен на кофе, так это они ему, столько времени потратили. Представляю себе его праведное возмущение, думаю, что чуваки не нашлись, что возразить.

Такие дела, да.

Потом мы пошли гулять, а на следующий день – улетели на самолете.

Это был рассказ про покупку билетов в формате 2D. Первое D – здесь.
bakri: (Default)
- Не старушка, а мама. Мамы никакие не старушки.
bakri: (Default)
В городе, где мы сейчас находимся, по-английски не говорит никто. В том числе служащие гостиниц, сотрудники офисов с информацией для туристов и работники порта. В туристическом офисе одна тетенька знает несколько слов по-английски, в порту - другая. Общаться со всеми ними очень увлекательно.
Чтобы увеличить разнообразие коммуникаций, я скачала себе испанско-русский (а также русско-испанский словарь). Его создатели оказались очень ответственными людьми и за мои два доллара снабдили меня еще прорвой всяческой информации про испанский язык. Например, там есть испанско-русская практическая транскрипция. А заодно - русско-испанский разговорник. Обожаю разговорники. Они все прекрасны, и этот - не исключение. Все выражения там разбиты на несколько разделов, среди прочих есть и раздел "Чувства". Вот абсолютно все фразы из этого раздела, в том же порядке, как и в разговорнике:

Я не уверен.
Не думаю.
Боюсь, что нет.
Невероятно.
Боюсь, что вы ошиблись.
О, как жаль.
У меня плохое настроение.
Это отвратительно.
Меня от тебя тошнит.
Успокойся, все будет в порядке.
Не надо нервничать.
Не торопитесь.
Не обращай(те) внимания на то, что он сказал.
Остыньте!
Не унывайте!
Какая жалость!
Вот так сюрприз!
Вы, должно быть, шутите!
О боже, какой кошмар!

Вот я думаю, на хрена такие чувства.

Газ

Sep. 26th, 2011 10:55 pm
bakri: (swing)
Когда я приезжаю домой, возвращаюсь из дико технологичного офиса в наш несуществующий пятиэтажный район, то будущее сразу заканчивается, и наступает обратно нормальная жизнь. Без видимого прогресса. Чтобы согреться, нужно зажечь газ. Бабушка тоже всегда зажигала газ. Сейчас не так холодно, достаточно одной конфорки. Когда холоднее, нужно две.

Леша попросил на ночь воды, как обычно. Принесла ему теплой, холодной не было. Он сделал глоток, говорит:
- Горячая!
Еще глоток, опять говорит:
- Горячая!
Еще глоток, без сил опускается на подушку, шепчет:
- Горяаачая!
Я ставлю чашку на табуретку. Он говорит:
- Еще воды, дай еще воды, пожалуйста, я скажу - теплая.
Делает глоток, говорит:
- Тёплая!
Еще глоток, говорит:
- Тёплая!
Еще глоток, без сил опускается на подушку, шепчет:
- Тёооплая!

Когда газ горит, все хорошо, только воздух заканчивается быстро. Мне нужно приложение для айфона, чтоб как конфорка или чтоб с кислородом.
bakri: (Default)
Несколько книжек, которые мы много читаем примерно сейчас – где-то вокруг Лешиных трех лет.
семь штук )
bakri: (swing)
Домой есть три пути – на троллейбусе до Октябрьской, на троллейбусе от Университета и целиком на метро. Последний – надежный. Первый и второй – быстрее, если повезет.

Когда в те две минуты, что я обхожу павильон метро «Парк Культуры», вглядываясь в Садовое кольцо, троллейбуса нет, я иду в метро. Я не умею ждать троллейбусов. На Университете их ждать не надо, надо выбрать.

И вот я сажусь в троллейбус, еду домой, начало десятого, и в это время какой-то мудак едет по Ленинскому, и Ленинский перекрыт, и я стою в углу троллейбуса – в левом заднем углу, окна в троллейбусе запотели, я готова пожелать кому-нибудь смерти.

Через две геологические эпохи мы переезжаем через Ленинский – и с нами две скорые - и сразу останавливаемся на остановке. Заходит высокий старик, неприятный и недовольный.

Он говорит:
- Тьфу, блин... Что, и тут мокро? Опять вода? Вот тут вроде нет.

Садится. Двери закрываются и металлическая женщина произносит: троллейбус следует в парк.

Он говорит:
- Как в парк? Ах, сссука! Не было предупреждения! Не было надписи! Сссука.

Кто-то отвечает ему миролюбиво: да там была картоночка такая.

Он говорит:
- Не было! На лобовом стекле не было! Не было написано, в парк. Ну ладно, а мы пересядем, чего делать, пересядем.

Окна запотели, я не вижу, какая остановка. Подхожу к дверям, там Черемушкинский рынок. Я остаюсь стоять – прямо рядом с ним.

Он говорит:
- С вами все в порядке, мадам, э? Нормально... Обманываете. Опять обманываете! Что - старик, что пристал? Совсем офигел, старик... А я же вижу, что ненормально. Обманываете.

Я прибавляю звук в плеере.

- Что, обидел, ггад? Сссука, обидел? Да, они совсем гады, офигели, от них только боль... Только боль и страдания несут... женскому роду...

Я убавляю звук в плеере, достаю телефон и начинаю записывать.

Он замолкает.

Я выхожу на следующей остановке, и он говорит мне вслед:
- Держитесь.
bakri: (Default)
- Пойдем за мной. Будешь меня с лестницы ловить, когда я до потолка дотронусь.
И лезет, и дотрагивается, и я ловлю.

Снег

Sep. 6th, 2011 09:42 am
bakri: (sleeping)
Проснулась сегодня от звука за окном - такой звук, как будто снег скрипит под ногами. Вообще он уже давно лежит и довольно утоптанный, но вот, за ночь выпал новенький, мелкими сухими снежинками, лежит на дороге, на тротуаре, и кто-то идет по этому снегу, и вот скрип.

Я подумала - как такое может быть? Скажем, я ехала вчера с работы, вышла из метро, тут у меня закружилась голова, а потом, наверно, я упала, и вот теперь выпал снег. Или например, еще в метро мне стало плохо, и дальше титры, конец первой серии, а теперь, видимо, вторая, или, скорее, сто шестьдесят четвертая, потому что кома бывает там же, где и сто шестьдесят четвертая серия, а очень много времени должно было пройти до такого снега, он не бывает в ноябре, разве что - в самом конце ноября, но редко, не знаю, что еще может быть почти три месяца. Ничего.

Тут я проснулась побольше и поняла, что еще сентябрь, и мир на месте, а под окном дворник подметает асфальт небольшой метлой вроде пенька. И у него получается точно такой звук, как если бы снег скрипел от шагов.
bakri: (Default)
Сегодня умер Юрий Александрович Шиханович.
Самый важный преподаватель в моей жизни.

Лешка

Sep. 1st, 2011 09:53 pm
bakri: (Default)
здорово научился вести беседу.
Ел горячие макароны, не хотел на них дуть, хотел, чтобы я дула. Говорит:
- Давай ты будешь дуть, а я буду есть.
Я спрашиваю:
- Ну и какой мне в этом смысл?
Он говорит:
- Макаронодутельный.

Или вот. Выясняли, знает ли он, какая у него фамилия или нет. Вроде знает, но не говорит.
- А ты знаешь, какая у тебя фамилия?
- Моя.
- А какая она?
- Лешинная.
- Ну как она звучит?
- Громко.

Поезд

Aug. 31st, 2011 02:32 pm
bakri: (sleeping)
Я читала в каких-то интернетах текст про Иерусалим, давно, не помню, чей, не помню, где. Там было про то, что очень жарко. Девять месяцев в году очень жарко. И эта жара как будто от тебя что-то требует, не можешь расслабиться, не можешь вздохнуть. И когда становится прохладнее, то, наконец, отпускает, можешь остановиться. Перевести дух.

Только в этом году поняла это ощущение, даже не в прошлом – хотя казалось бы, плюс тридцать пять круглосуточно и дым. Но оно все-таки не от двух месяцев возникает. А тут – нормальное такое лето, в целом жаркое, да, но без открытой духовки со сгоревшей индюшкой. Не знаю, почему, хотя есть, конечно, пара гипотез, опять все сделала неправильно. Все лето – кадрами и обрывками, моментами, под ярко-синим небом, с невыносимым светом. Похоже, как если смотреть в окно поезда – статичная картинка и ты уже через пятьсот метров. А вот тут был полустанок, получилось заметить маленькую сценку. Этот кусок жизни – не фильм, а трейлер, визуализируются только кусочки. Вот эти все кадры с перебивками и непременно героическая музыка.

Боги мои, как это далеко от нормальной жизни, от того, как должен быть устроен август. Август – это ветер, синее небо, быстрые ливни, бодрость и пустота. До сих пор не удается перевести дух. Такое хуевое лето.

Profile

bakri: (Default)
bakri

December 2011

S M T W T F S
    123
4567 8910
111213 1415 1617
18 192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 18th, 2017 04:19 pm
Powered by Dreamwidth Studios